— Мама, наверное, волнуется. Мы скоро полетим домой?
— Я нанес вам ущерб, ресс тис-аль, — с трудом заставляя гортань издавать звуки чужой речи, ответил Кей.
Повинуясь жесту дарлоксианина, Кей вышел из корабля. Оглянулся на приземистый конус — обычный карантинный крейсер, пораженный проказой предательства. Дарлоксианин стоял в шлюзе, разговаривая с офицером-догарцем.
— Что-то с двигателями, — виновато ответил Артур.
Лицо Изабеллы побелело.
— Он убил себя, Каль!