— Что ты предлагаешь? — уже спокойнее отозвался собеседник.
Но Кей все-таки вспоминал свой сожженный дом.
— Если я говорю «ложись», то ты падаешь, — стоя над лежащим мальчишкой, сказал Кей. — Если говорю «прыгай» — прыгаешь. Потому что никогда, кроме как сегодня, я не скажу этого просто так. Каждый раз от этого будет зависеть твоя жизнь. Прыгай!
— Ты считаешь Альтоса серьезным противником? — продолжала расспросы Каль.
Можно было бы сказать, что ее хранил сам Бог. Впрочем, второе утро на Волантисе Гертруда встретила обнаженной, привязанной к каменному столу в саду роскошного особняка. Гостеприимный хозяин стоял рядом с ножом в руках и ждал восхода. Молодежь на Волантисе была еще более непринужденной, чем думал Кей, а культ Солнца-покровителя стал в последние годы крайне популярен.
— Народ, не помнящий прошлого, обречен, — прокомментировал этот факт Кей. — Наш народ — бессмертен.