— Кей? — зачем-то спросил визитер. И произнес на дарлоке: — Иди за мной, не применяя насилия.
Вот теперь она перестала выглядеть человеком. Кисти рук слишком большие, и плоти в черно-зеленых пальцах было не больше, чем в тефлоновой сковороде. Лицо — чеканная маска из серебра и хрусталя, — почему-то механисты всегда начинали переделку организма с лица. Шея — кольца темного металла, из-под которых проглядывала пластиковая основа.
— Если тот, кого можно назвать королем Пендрагоном, до меня доберется, я не найду оправданий. У меня их нет даже перед самим собой. — Кей улегся на пол, повозился, принимая позу поудобнее. — Разминай пальцы, Арти, чтобы не затекли кисти.
Мужчина явно чувствовал себя неуютно. Кей держался слишком свободно и слишком дружелюбно.
Он пролежал несколько часов, тщетно пытаясь заснуть. Тишина давила — мертвая тишина дарлоксианской тюрьмы. Пытка тишиной — была ли такая у людей? Наверное. Человеческая раса всегда славилась находчивостью в унижении себе подобных.
Мир далекого будущего. Мир после Смутной Войны, в которой погибли миллиарды. Мир, где позволено все, где играют без правил, где бессмертие стало ходким товаром. И Кей Дач — наемный телохранитель — человек без родины, и человек без иллюзий — должен сражаться и побеждать, веря лишь в точный прицел пистолета и удачу в космическом поединке. Но иначе и невозможно, когда самое худшее всегда впереди. Даже после смерти…